Этиловый спирт давно стал неотъемлемой частью медицины, без которой практически невозможно представить деятельность больниц, поликлиник, стоматологий и даже косметологических кабинетов. Его используют в качестве антисептика, консерванта и растворителя, он присутствует в составе многих лекарственных препаратов, а так же является необходимым компонентом в ряде технологических процессов при выпуске фармацевтического сырья и готовых ЛП.

Однако еще большую роль алкоголь играет в жизни общества в качестве пищевого продукта, причём отношение к нему на протяжении веков кардинально менялось от поощрения до практики категорических запретов. Вместе с тем он стал настолько важной частью социума, что перебои или законодательные ограничения зачастую вызывали серьезные экономические и социальные последствия. Периодически случалось и так, что именно организации в системе здравоохранения брали на себя функции снабжения алкоголем страждущих, когда этот пищевой продукт оказывался недоступен в других каналах продаж.

Рассказываем, как спирт проник в медицину и фармацевтику, а также о том, как медики лечили пациентов вермутом, а аптеки периодически становились алкомаркетами.

Живая «огненная» вода

Почти в каждом нашем историческом очерке мы упоминаем Гиппократа и, конечно, материал по истории алкоголя без него тоже не обойдется. В те годы технологии изготовления спирта еще не существовало, однако различные настои на основе вина и трав уже активно применялись. Одним из «рецептов» Гиппократа был настой полыни на крепком вине, сегодня такой напиток широко известен как вермут. 

Хотя дистилляция по некоторым свидетельствам применялась еще в начале прошлого тысячелетия, промышленная перегонка и получение этанола стали возможны значительно позднее, примерно в IX веке, когда арабские алхимики изобрели перегонный куб – аламбик. Получившееся вещество назвали эль-кюхль, позднее это слово трансформировалось в знакомый нам алкоголь, хотя долгое время использовалось и другое название - Aqua Vita, то есть живая вода.

Арабские ученые обратили внимание на свойства этанола как растворителя и активно использовали его в алхимических опытах. А вскоре он нашел и практическое применение, правда не в пищевой или медицинской «отраслях», а в косметологии. Его растворяющие свойства использовались для производства косметики и парфюмерии. В Европу спирт также пришел через алхимию, однако вскоре его начали использовать и с другими целями. Достаточно быстро появились спиртовые настои различных трав, которые находили применение в медицине. Эта категория препаратов благополучно дожила и до наших дней, причем многие из ее рецептов за прошедшие века практически не изменились. Некоторые из популярных сегодня алкогольных напитков тоже когда-то считались лекарственными средствами. Сюда относятся всевозможные бальзамы, биттеры, джин и даже абсент.

А вот в «большую медицину» спирт попал относительно поздно. О его дезинфекционных свойствах было известно еще арабам, однако самой по себе концепции асептики долгое время попросту не существовало. Здесь можно вспомнить трагическую историю венгерского врача Игнаца Земмельвейса, идея которого о необходимости банальной обработки рук перед хирургическими манипуляциями встретила такое сопротивление профессиональной общественности, что довела несчастного до нервного срыва, после чего он обманом был помещён в психиатрическую лечебницу в которой скончался от тяжелых побоев, нанесённых ему сотрудниками клиники.

Всего спустя несколько десятилетий после гибели учёного асептика стала повсеместной, медицина остро нуждалась в дешевом и эффективном средстве для этого. Сам Земмельвейс использовал в своей работе в качестве антисептика хлорную воду, к внедрению спирта в медицину приложили руку другие выдающиеся медики. Ещё в 1867 году Луи Пастер обнаружил, что спиртовые растворы эффективно подавляют рост бактерий, немногим позже эти выводы в ряде исследований подтвердил и Роберт Кох. А Николай Пирогов положил начало широкому применению спиртовых растворов в хирургии. 

Сухой закон — аптеки и эпоха перемен

Между тем спиртосодержащие пищевые продукты развивались своим собственным путём, причём проблема алкогольной зависимости (пьянства) появилась буквально одновременно со стартом производства спиртных напитков. Чрезмерное употребление алкоголя зачастую становилось не только социальной, но и политической проблемой, и представители религиозной и светской власти нередко обращали на нее самое пристальное внимание, особенно в кризисные времена. Очень часто простые люди были не слишком довольны вмешательством политической воли в личную жизнь и, естественно, пытались оказывать сопротивление. И именно аптеки часто становились тем местом, где доступ к алкоголю сохранялся почти в полном объёме.

Первая система ограничений на продажу алкогольных напитков появилась ещё до широкого распространения этанола в медицине, это случилось в 1865 г. в Швеции, где была введена т.н. Готтенбургская система, которая вводила ряд ограничений, предусматривающих запрет на продажу крепкого алкоголя лицам не достигшим 18 лет, сокращала общее количество кабаков и вводила определённые правила по их функционированию, так, например, было запрещено отпускать спиртные напитки в кредит. Позже эта система была внедрена так же в Норвегии и Великобритании. Интересно, что в Швеции она просуществовала вплоть до 1919 г., а заменена была на хорошо нам знакомую по периоду позднего СССР систему талонов, предъявители которых могли претендовать на покупку определённого количества спиртного.

Но это были именно ограничения, которые касались прежде всего крепкого алкоголя, а не полный запрет спиртных напитков. После начала Первой мировой войны одной из первых стран, введших «сухой закон», стала Российская империя. Формальными обоснованиями для этого было поддержание порядка при мобилизации, а также борьба за моральный и духовный облик народа. Естественно, что это решение не встретило энтузиазма среди населения, против были и многие представители правительства, причем в первую очередь из экономических соображений — по некоторым данным, казенная продажа алкоголя приносила до четверти доходов бюджета. Практически сразу появилось множество способов обхода запрета, одним из которых и стали аптеки. Здесь спирт сначала продавался практически без ограничений, и лишь позже была введена практика отпуска  по рецепту.

В 1920-м году эстафету переняли США. На этот раз необходимость введения закона была обусловлена не военным временем, а высоким уровнем потребления алкоголя (примерно в 3 раза выше, чем в начале XXI века), а также давлением различных общественных и религиозных групп. Стоит ли говорить, что закон стал крайне непопулярным среди многих американцев и тут же появилось множество способов для его обхода. Из популярной культуры мы хорошо знаем о бутлегерах — нелегальных производителях или контрабандистах, зачастую связанных с мафией. При этом алкоголь можно было относительно свободно приобрести в обыкновенной аптеке, впрочем тут он изначально был доступен только по рецептам, а его оборот достаточно строго контролировался государством. Тем не менее многие американские фармацевты неплохо заработали на этой товарной категории.

Сухой закон в США напрямую повлиял на становление аптечных сетей в современном виде. Сеть Walgreens, которую можно назвать первопроходцем современного аптечного формата, получила серьезный импульс для развития именно во времена сухого закона. Подробнее в нашем материале

В советские годы попытки бороться с употреблением алкоголя также неоднократно предпринимались, и, хотя самой известной из них, безусловно, является кампания восьмидесятых годов, изначально советское правительство продолжило царскую политику сухого закона, однако в 1924 году государство все же разрешило продажу крепкого алкоголя, в том числе с целью пополнения казны. Тогда и появилась первая советская водка, которая сначала выпускалась тридцатиградусной и в народе получила название Рыковка, по имени председателя Совнаркома Алексея Рыкова, который и подписал соответствующее постановление. 

— Не скажите, Филипп Филиппович, все утверждают, что новая очень приличная — 30 градусов.
— А водка должна быть в 40 градусов, а не в 30, это, во-первых, — а во-вторых, бог их знает, чего они туда плеснули. Вы можете сказать — что им придет в голову?

Позже крепость водки подняли до 38, а затем и до классических 40 градусов. Однако, к очередным ограничения вернулись уже в 1958 и 1972 году, причём это были именно ограничения, а не жёсткие запреты, в т.ч. велась активная пропаганда отказа от алкоголя. Например, сценарий знаменитого кинофильма Георгия Данелии «Афоня» изначально готовился именно в качестве инструмента антиалкогольной кампании. Это была достаточно топорная история с малоприятным главным героем и мрачной концовкой. Однако режиссер значительно изменил его, сделав героя более симпатичным и предоставив ему шанс на личное счастье, плюс добавился фирменный юмор Георгия Данелии. В итоге и основной посыл оказался гораздо более эффективным, и советский кинематограф пополнился прекрасной картиной.

Советский антиалкогольный постер, 1958 г. Источник: Artchive

Тем не менее объёмы потребления спиртного продолжали расти и в середине 80-х стартовала самая известная антиалкогольная кампания в истории СССР. Она предполагала беспрецедентные по объёму и крайне жёсткие ограничения, направленные, как на продажу алкогольных напитков, в т.ч. резко повысились цены, так и на производство, тут хрестоматийным примером абсурдности действий властей является вырубка виноградников. 

Итогом кампании действительно стало сокращение употребления алкоголя, статистика также свидетельствует о значительном сокращении смертности и росте рождаемости, но это по сути была Пиррова победа, результатом которой стало значительное падение доходов бюджета, беспрецедентный рост сегмента теневой экономики, колоссальное развитие самогоноварения и рост потребления суррогатов алкоголя: парфюмерии, бытовой химии, зубной пасты и даже компонентов клея БФ, которые выделялись с помощью дрели и сверла, что даже нашло отражение в народном творчестве, например, у Сектора Газа есть такие строчки: «…или мотают БФ на сверло, иль самогон гонят власти назло…». 

Немалую часть неудовлетворённого спроса закрывали и аптеки, именно тогда популярностью начали пользоваться различные настойки, прежде всего боярышника и календулы. Но в условиях достаточно жёсткого контроля этот сегмент теневого рынка всё же не был основным, действительно катастрофических масштабов он достиг позже, уже после прекращения существования СССР. 

Сегодня это может показаться удивительным, но в начале девяностых значительная часть алкогольных напитков в России представляла из себя импортную продукцию, которые закрывали колоссальный неудовлетворённый спрос, образовавшийся в результате антиалкогольной кампании Горбачёва. Полки магазинов наполнил огромный «зоопарк» различных брендов, например, знатоки наверняка вспомнят водку Black Death (Чёрная смерть) в алюминиевых банках, спирт «Рояль» (Royal Prima feinsprit) и потоки осетинской водки, которая на первых порах изготавливалась из американского спирта, ввозимого через Грузию.

Источник: auction.ru

Фактически государство полностью потеряло контроль над рынком, и следствием этого стали огромные объемы контрафактного низкокачественного, а зачастую и просто опасного для здоровья и жизни алкоголя. Во многих регионах страны покупка спиртного становилась буквально «русской рулеткой». Государство худо-бедно сохраняло контроль над фармацевтическим сектором, поэтому потребитель по крайней мере мог быть уверен в том, что не ослепнет и не погибнет от купленного в аптеке «препарата». Именно это и стало причиной резкого всплеска интереса к уже опробованным в 80-е годы аптечным настойкам. Некоторое время они даже производились в «водочной» таре (0,5 литра) и, главное, стоили относительно немного. Безусловным хитом тех времен была легендарная настойка боярышника, которая неизменно входила во все отраслевые рейтинги самых продаваемых на розничном рынке препаратов.

К началу «нулевых» алкогольный рынок России постепенно начал приходить в норму. Государство постепенно восстановило контроль, в 2006 г. появилась Единая государственная автоматизированная информационная система учёта объёма производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции (ЕГАИС), которая внедрялась с огромным трудом, но тем не менее привела к серьёзному обелению рынка. А рост уровня благосостояния населения привел к окончательной маргинализации аптечного алкоголизма. 

К концу «нулевых» ассортимент спиртосодержащих настоек насчитывал уже два десятка наименований, в т.ч. настойку стручкового перца, пиона уклоняющегося и мяты, но самими популярными продуктами оставались: боярышник («боярка»), пустырник и календула. Кроме того, в аптеках массово продавался и чистый этанол, в виде этилового спирта и т.н. медицинской антисептической жидкости. Тем не менее за счёт ряда ограничительных мер популярность этой продукции падала вплоть до 2014 г. Но затем в истории наступил резкий поворот, в 2015 г. разразился финансовый кризис, который привёл к падению ВВП и заметному росту цен на потребительском рынке, что отразилось на спросе в отношении суррогатов спиртных напитков.

По информации базы данных «Мониторинг выпуска в свободное обращение ЛП в РФ» аналитической компании RNC Pharma суммарный объём выпуска спиртосодержащих настоек в 2015 г. достиг 7,22 млн литров. Основными производителями выступали: «Гиппократ», «Бэгриф» и «Эколаб». В 2016 г. объёмы начали сокращаться, но держались на уровне 6,71 млн литров. 

Кардинально ситуацию, изменила трагедия, в декабре 2016 года в Иркутске жертвами отравлений спиртосодержащей продукцией стали 123 человека, 76 из них скончались, все они употребляли некий концентрат для принятия ванн «Боярышник». Хотя аптеки не имели никакого отношения к событиям, власти предприняли беспрецедентные ограничения на продажу непищевой продукции с содержанием спирта выше 25%. Затем оборот этилового спирта последовательно ужесточался, и наконец с 1 января 2025 года фармацевтическая субстанция этилового спирта стала наконец считаться подакцизным товаром, что сделало покупку в аптеке малопривлекательной прежде всего с точки зрения итоговой стоимости «напитка». В итоге в 2025 г. объём производства спиртосодержащих настоек снизился до «скромных» 1,7 млн литров. 

Характерно, что объём производства чистого этилового спирта и медицинской антисептической жидкости в 2025 г. сократился ещё сильнее, в прошлом году было выпущено всего 0,8 млн литров в упаковках, предназначенных для розничной продажи (50 и 100 мл.), но этанол пережил золотой век чуть раньше, в 2020 г. в ходе пандемии COVID-19 он массово использовался по своему прямому назначению – в качестве антисептика для обработки рук и поверхностей.

Примечательно, что аптечные продажи спиртосодержащих ЛП в нашей стране, в отличии от американского опыта, практически не повлияли на развитие фармритейла и фармпромышленности, выпуск соответствующего ассортимента осуществлялся ограниченным перечнем «специализированных» компаний, из числа которых буквально единицы смогли обеспечить развитие портфеля за счёт альтернативного ассортимента ЛП.