Это может показаться удивительным, но довольно долгое время механизмы возникновения аллергии были толком не изучены, хотя, казалось бы, выстроить причинно-следственные связи между состоянием человека и воздействием конкретного вещества не так сложно. Однако диагноз «аллергия» в современном виде появился только в начале XX века и более того первое время признавался далеко не всеми медиками.

Конечно же, люди еще во времена античности обращали внимание на то, что состояние человека может меняться из-за приема определенного вида пищи, то есть пищевые аллергии были описаны достаточно давно. Древнеримский поэт Тит Лукреций Кар говорил: «Что для одного пища, то яд для другого». И почти на две тысячи лет эта формулировка выступала исчерпывающим описанием того, что человек знал об аллергии.

С поллинозом (аллергией на пыльцу) дело обстояло сложнее. Долгое время симптомы этого заболевания относили к любым другим недомоганиям, и только в 1819 году английский врач Джон Босток связал поллиноз с воздействием определенного раздражителя. Впрочем, он считал, что таковым является свежескошенное сено — отсюда и пошло название, которое употребляется до сих пор: «сенная лихорадка». Только в 1859 году британец Чарльз Блэкли сумел выявить связь между поллинозом и пыльцой, до биологический механизм по-прежнему оставался неизвестным.

Открытие аллергии

В 1890 году первооткрыватель туберкулезной палочки Роберт Кох представил миру собственный инновационный препарат для профилактики туберкулеза — туберкулин. Процедуры клинических исследований на тот момент не существовало, а авторитет Коха был очень велик, поэтому новое средство сразу ввели в клиническую практику. Довольно скоро выяснилось, что туберкулин не только не предотвращает заболевание, но и в некоторых случаях провоцирует его. Возник большой скандал, Коха обвинили в афере и учёному даже пришлось временно уехать в Египет.

Тем не менее туберкулин не пропал зря, и скандальная история, связанная с неудачной попыткой его использования, простимулировала изучение этого продукта. В начале XX века австрийский педиатр и иммунолог Клеменс фон Пирке применил его в своих исследованиях. Он заметил, что у некоторых пациентов при контакте с туберкулином возникают необычайно сильные местные реакции. Параллельно он изучал и другие случаи «чрезмерного» ответа организма — например, при введении лечебных сывороток у детей.

Клеменс фон Пирке. Источник: Большая российская энциклопедия

Реакция Пирке в дальнейшем эволюционировала в хорошо знакомую нам всем реакцию Манту, которая используется для диагностики туберкулеза и по сей день. Так что иногда гиперчувствительность можно обратить и на пользу человеку.

Именно тогда Пирке предположил, что в некоторых случаях иммунная система организма может давать чрезмерный ответ на определенные вещества, причем не только патогены. Для описания этого процесса он ввел термин «аллергия» (от греческих слов allos — другой/чужой и ergon — действие). Надо отметить, что идея о том, что иммунитет человека может наносить вред самому организму, многими воспринималась в штыки и казалась нелепой. На тот момент до открытия аутоиммунных заболеваний оставалось еще более 50 лет но достаточно быстро стало понятно, что в отношении аллергических реакций Пирке прав.

В популярных изданиях иногда можно прочитать, что аллергическую реакцию может вызывать даже вода, хотя это не совсем так. Т.н. аквагенная крапивница — реально существующее, пусть и крайне редкое заболевание, при котором контакты с водой вызывают характерные воспалительные реакции на коже. Тем не менее аллергией такая нозология не является, причины этого заболевания до сих пор неизвестны.

В 1907 году немецкие исследователи выделили новое соединение, которое получило название «гистамин». Изучая его свойства в 1913 году, британские физиологи Генри Дейл и Патрик Лэйдлоу обнаружили, что это вещество способно вызывать расширение сосудов, покраснение кожи, зуд, отеки, спазмы, выделение слизи и слез. Иными словами, именно те реакции, которые характерны для аллергии. Стало понятно, что именно гистамин является ключевым медиатором аллергических реакций.

При этом роль гистамина не ограничивается участием в развитии аллергических реакций: этот медиатор также участвует в регуляции сна и бодрствования, влияет на работу желудка и центральной нервной системы.

Разработка препаратов

До появления специализированных лекарственных препаратов медики испробовали множество разных способов борьбы с аллергией, в том числе такую медицинскую классику, как кровопускание (предполагалось, что это снижает воспаление и отеки). После открытия роли гистамина в развитии аллергических реакций ученые начали искать вещества, которые могли бы блокировать его действие. Первым соединением с антигистаминной активностью стал пипероксан, синтезированный в 1933 году. Он эффективно блокировал эффект гистамина при исследованиях на животных, но оказался слишком токсичным для применения у человека.

Прорыв произошел в начале сороковых, когда появился фенобензамин, ставший первым антигистаминным препаратом, внедрённым в клиническую практику. За ним последовало еще несколько новых изобретений: дифенгидрамин (1943 г.), трипеленамин (1946 г.), прометазин (1947 г.). К пятидесятым годам прошлого века антигистаминные препараты получили массовое распространение и стали медицинским стандартом.

Собственные оригинальные разработки в этом направлении появлялись и в нашей стране, а так же в т.н. Восточном блоке. В рамках работы Совета экономической взаимопомощи (СЭВ) значительная часть фармацевтических исследований проводилась в странах Восточной Европы (Венгрия, Польша, Чехословакия). Именно в Венгрии в пятидесятых годах появился хлоропирамин, сейчас известный под торговым наименованием «Супрастин». Этот препарат — один из безусловных долгожителей российского фармрынка и вполне неплохо чувствует себя на нем до сих пор.

Завод EGYT (ныне EGIS), 1970-е. Источник: EGIS

Все вышеперечисленные препараты относятся к антигистаминным средствам первого поколения. Эти лекарства, несмотря на свою эффективность, обладают ярко выраженным недостатком — выраженным седативным эффектом, который в разной степени вызывает сонливость и упадок сил. Некоторые антигистамины даже нашли свое место в психиатрии: так, гидроксизин (известный под торговым наименованием «Атаракс») изначально был разработан как антигистаминный препарат первого поколения. Ряд препаратов показал эффективность в гастроэнтерологии, в частности существует целый класс антигистаминных препаратов для лечения язвенной болезни желудка.

И это далеко не самая необычная трансформация в истории, один из наиболее ярких эпизодов здесь связан с оригинальной разработкой советских учёных, которые в конце 60-х создали препарат, известный под торговой маркой Димебон. Он с успехом применялся вплоть до конца 90-х годов ХХ века для лечения аллергии, но в итоге был вытеснен более современными средствами. Параллельно проводилось изучение влияние препарата на течение нейродегенеративных заболеваний и неожиданно оказалось, что препарат обладает потенциалом лечения деменции альцгеймеровского типа. В результате ряда сделок препарат попал в сферу интересов американского «Пфайзер», который приобрёл права на разработку за сумму, которая в случае успешного завершения клинических исследований могла достигать 725 млн долл. США, впрочем, компания выплатила только треть стоимости, в ходе КИ препарат не достиг заявленных целей по эффективности. Впрочем, это очень запутанная история, которая вызвала огромное количество вопросов ко всем её участникам.

В 1973 году был создан первый антигистамин без выраженного седативного эффекта — терфенадин, ставший основоположником второго поколения антигистаминных препаратов. К другим ярким его представителям относятся лоратадин, цетиризин и фексофенадин. Почти все современные препараты, появившиеся на рынке в последнее время, так или иначе являются развитием продуктов второго поколения. В настоящее время на рынке представлено огромное разнообразие антигистаминных препаратов, в т.ч. в комбинациях, которые применяются в дерматологии и офтальмологии, но основу категории формируют всё-таки системные антигистаминные препараты. .

По информации базы данных «Аудит розничных продаж ЛП в России (total sell out)» аналитической компании RNC Pharma в январе-июле 2025 г. в нашей стране было реализовано 53,8 млн. упак. системных антигистаминных препаратов (группа R06A по классификатору EphMRA) на сумму 12,8 млрд. руб. (в розничных ценах, включая НДС). Динамика относительно января-июля 2024 г. составила 4,5% в натуральном выражении и 14,9% в рублёвом эквиваленте. Абсолютные лидеры розничного рынка компании «Др.Реддис» с основным препаратом Цетрин, «Эгис» (Группа Сервье») - ТМ Супрастин и «Санофи» - Зодак. Суммарно эти три компании обеспечивали 42,7% от денежного и порядка 46% натурального объёма рынка системных антигистаминных средств в январе-июле 2025 г. Крупнейший из числа отечественных производителей «Озон Фармацевтика», она занимает 4,2% от денежного и 6,8% натурального объёма рынка, при этом компания располагает наиболее обширным продуктовым портфелем, объединяющем 11 торговых марок.

Одним из самых современных и эффективных, но достаточно дорогостоящих и специфичных видов терапии аллергии можно назвать аллерген-специфическую иммунотерапию (АСИТ). Суть этого метода заключается в курсовом введении небольших доз аллергенов для снижения чувствительности организма. Интересно, что этот метод лечения аллергии появился одним из первых, задолго до изобретения антигистаминных препаратов, первые эксперименты по «вакцинации» от аллергии начались еще в начале XX века, вскоре после работ Клименса Пирке. Более того, подкожный метод АСИТ используется уже около 100 лет, единственное, что ограничивало масштабное использование этого вида терапии это высокая травматичность, значительное количество противопоказаний и очень длительный период лечения. Второе рождение этот метод получил после появления сублингвальных препаратов, спрос на которые в последнее время демонстрирует колоссальную динамику. Подробнее о состоянии российского розничного рынка препаратов для АСИТ-терапии можно прочитать здесь.Единственным ограничением этого метода пока выступает узкий набор аллергенов и сравнительно низкая доступность препаратов, которые в нашей стране пока не производятся.