Снотворные — очень интересная и во многом парадоксальная группа препаратов, включающая в себя очень разные по принципу воздействия средства. В течение многих тысячелетий человечество искало способы облегчить переход ко сну и в поисках перепробовало множество вариантов, порой крайне опасных. Зачастую грань между лекарством и смертельным ядом была особенно тонкой и для того, чтобы появились относительно безопасные средства понадобились десятилетия экспериментов.

Рассматриваем историю снотворных препаратов, почему они долгое время были практически тождественны обезболиванию и наркозу и причем здесь Ромео и Джульетта.

В тексте упоминаются сильнодействующие наркотические и психоактивные вещества, без которых история снотворных препаратов была бы неполной. Информация приведена в образовательных целях. 

Парадоксы снотворных средств

Погружение в историю снотворных препаратов приходится начинать издалека и для начала коснуться вопросов лингвистики. Дело в том, что препараты, известные в России как снотворные, а в Германии как schlafmittel, в большинстве европейских языков называются гипнотиками, а у этого слова несколько иная коннотация. Слово «гипнотик» происходит от греческого ὕπνος (hýpnos) — то есть «сон» или «гипноз», и во многом это влияет на его восприятие людьми. Гипнотики ассоциируются скорее с управляемым искусственным сном (близким по смыслу к понятию гипноза), в то время как снотворные буквально «творят» сон в самом широком смысле слова. Возможно, именно поэтому в России и Германии к снотворным часто относят буквально всё: от растительных седативных средств до серьёзных рецептурных препаратов, тогда как в англоязычных странах существует достаточно чёткое разделение между собственно гипнотиками (т. е. сильнодействующими препаратами) и sleeping aids (т.е. лекарствами для сна), к которым чаще относят безрецептурные средства.

В русскоязычной научной литературе термин «гипнотики» тоже используется, но скорее как узкоспециализированный термин для обозначения сильнодействующих рецептурных средств

Другой парадокс состоит в том, что категория снотворных препаратов представлена очень широкой и разнообразной номенклатурой препаратов, фактически объединяющей разные как с точки зрения химии, так и физиологии вещества. Здесь, в частности, представлены: препараты мелатонина, транквилизаторы, барбитураты, антигистаминные средства, а так же небензодиазепиновые агонисты бензодиазепиновых рецепторов (препараты зопиклона и золпидема). 

В объятия Морфея. Ранние снотворные средства

Морфей, Жан Бернар Ресту, 1771 г. Источник: Cleveland Art

Понимание здорового сна в разные эпохи сильно отличалось. Большую часть истории человечества не существовало будильников и искусственного освещения, поэтому само восприятие времени было несколько иным, нежели сейчас. Современный человек может распланировать свой день вплоть до отдельных минут, а раньше ориентиры были в основном биологическими и природными. Например, в Средние века был распространён сегментированный сон: люди ложились спать рано вечером, просыпались ночью, занимались личными делами и снова засыпали до рассвета.

Исторически сложилось, что снотворные и обезболивающие средства в древности были практически синонимами. В этом была своя логика: именно сильные боли зачастую служили причиной проблем со сном. Соответственно, чтобы человек мог нормально спать, необходимо было избавиться от первопричины нарушений. Для этого с древних времён медики использовали различные психоактивные вещества. Например, ещё 4 тысячелетия назад ассирийцы применяли препараты белладонны.

Название «белладонна» происходит от итальянского bella donna — то есть «красивая женщина». Дело в том, что в Средние века сок белладонны использовали как косметическое средство, женщины закапывали его в глаза, что приводило к расширению зрачка, делая взгляд более выразительным, а также втирали в кожу щёк, добиваясь эффекта лёгкого румянца. Что интересно, жители Древней Руси называли это растение очень похоже - красавкой.

А вот в Древнем Египте в качестве снотворного использовали другое средство, которое оказалось куда более живучим, хотя сегодня и не ассоциируется со сном. Ещё в XVI веке до н. э. египетские врачи (по совместительству бывшие жрецами) широко применяли высушенный млечный сок мака снотворного, более известного как опиум. У этого препарата был очень большой спектр «показаний»: от обезболивания до, собственно, решения проблем со сном.

Ещё одним снотворным средством, дожившим до сегодняшнего дня (пусть и в другом качестве), стал крепкий алкоголь. Его активно использовали медики Древней Индии, считая, что седативный эффект помогает вызвать более глубокий сон. Хотя сегодня употребление алкоголя ассоциируется скорее с нарушениями сна.

Этот нехитрый набор практически без изменений продержался вплоть до XIX века. Препараты различных трав, опиум (чаще всего в виде спиртового настоя — лауданума) и алкоголь были не только главными анестетиками, но и основными снотворными средствами. Изменения, произошедшие во второй половине XIX века, были связаны с открытиями в медицине в целом и в анестезиологии в частности.

К середине XIX века впервые появляются относительно безопасные методы наркоза — закись азота и эфир. Впервые успешная операция с применением наркоза прошла в США в 1846 году, а вскоре он широко распространился по всему миру. Например, знаменитый русский хирург Николай Пирогов впервые применил его в 1847 году, а вскоре сделал стандартом при проведении операций.

Эрнест Борд - первое использование анестетика в 1846 году, картина 1920 года. Источник: Wellcome Library

Эффект наркоза, а именно погружение пациента в состояние, напоминающее глубокий сон, натолкнул врачей на мысль, что эти препараты можно применять и в качестве снотворных средств. Препятствием было то, что подобрать нужную дозу оказывалось очень сложно, да и подходящих лекарственных форм тогда не существовало. Впрочем, вскоре появились куда более эффективные препараты. В 1869 году в медицинскую практику вошёл хлоралгидрат, который и стал первым снотворным средством в современном понимании. В отличие от опиума, он не вызывал тяжёлых побочных эффектов, а применять его было гораздо проще, чем эфир и закись азота. Однако терапевтическая доза была слишком близка к токсической, а регулярное употребление быстро приводило к тяжелой зависимости.

Эра барбитуратов

В 1903 году немецкие химики Эмиль Фишер и Йозеф фон Меринг впервые синтезировали препарат барбитал. Уже год спустя немецкая компания Bayer выпустила его на рынок под торговым наименованием Veronal, позиционируя как эффективное средство для борьбы с бессонницей. Название было выбрано в честь итальянского города Верона. Что интересно, продукт не имел никакого отношения к Италии, а название выбрали скорее ассоциативно: Верона считалась тихим и красивым городом, известным по пьесе Шекспира «Ромео и Джульетта». Впрочем, вполне вероятно, что специалисты по неймингу использовали и более глубокий ассоциативный ряд, в финале произведения Джульетта принимает снотворное лекарство, приготовленное монахом Лоренцо на основе лютика, чтобы инсценировать собственную смерть. Но, как мы помним, в оригинальный план вмешивается случай, что и приводит к трагическому финалу. 

По иронии судьбы с барбитуратами, как с классом препаратов, тоже всё сложилось далеко не однозначно. В первой половине XX века эти препараты были очень широко распространены на потребительском рынке и зачастую продвигались как эффективные и безопасные снотворные и успокоительные средства. В т.ч. они были широко распространены в Советском союзе, например, препарат Люминал фигурирует в нескольких сценах фильма «Полосатый рейс». Однако уже в 1920–1930-е годы начали накапливаться тревожные данные: барбитураты вызывали быструю толерантность, физическую и психическую зависимость, а при передозировке — тяжелое угнетение дыхания и кому, часто с летальным исходом. Особенно опасной была комбинация с алкоголем.

Источник: Студия Ленфильм

Передозировка барбитуратов стала причиной смерти актрис Мэрилин Монро и Джуди Гарленд

Во второй половине XX века отношение медицинского сообщества к снотворным препаратам в значительной степени изменилось. В первую очередь это было связано с тем, что изменилось само понимание сна, а также механизмов работы нервной системы. Барбитураты, безоговорочно доминировавшие в сегменте, были признаны слишком опасными для широкого применения. Кроме того, открытия в сомнологии позволили понять, что «барбитуратный» сон не может считаться нормальным: если говорить упрощенно, он искажает естественную структуру сна, в частности, подавляет фазу быстрого сна (REM-фаза), необходимую для полноценного восстановления мозга и организма.

На смену барбитуратам пришли бензодиазепины. В 1955 году Roche синтезировала первое соединение класса — хлордиазепоксид, выпущенный на рынок в 1960 году как анксиолитик, но быстро ставший популярным и в качестве снотворного. В 1963 году появился диазепам — один из самых продаваемых препаратов в истории. Бензодиазепины усиливали действие ГАМК на ГАМК-А-рецепторы, обладали более широким терапевтическим окном и реже вызывали смертельные передозировки по сравнению с барбитуратами.

Но к 1980-м годам выявились их минусы: быстрая толерантность, сильная зависимость, тяжелый синдром отмены, когнитивные нарушения, риск падений у пожилых, парадоксальные реакции. Сон оставался неполноценным — подавлялись REM-фаза и глубокий сон, хотя и в меньшей степени, чем у барбитуратов.

Спокойного сна. Современный рынок снотворных

Ассортимент доступных без рецепта снотворных препаратов на текущий момент в значительной степени ограничен, и в большинстве своём они в принципе не являются снотворными в обычном понимании, так как обладают иными механизмами воздействия. К числу наиболее популярных можно отнести мелатонин — синтетический аналог естественного гормона, который вырабатывает шишковидная железа в тёмное время суток. Он регулирует циркадные ритмы, сигнализируя организму о наступлении ночи и помогая перейти в режим сна. Именно поэтому он не является классическим снотворным, так как в первую очередь помогает регулировать естественные биологические механизмы. 

К другим распространённым безрецептурным средствам относятся растительные препараты на основе комбинаций различных трав: валерианы, пустырника, мелиссы, мяты, пассифлоры и других. Они оказывают мягкое седативное действие, снижая тревогу и облегчая засыпание, практически не имеют серьезных побочных эффектов, однако их эффективность очень ограничена и требует продолжительного приёма.

Что касается рецептурных препаратов, то они как правило назначаются при хронической бессоннице и принимаются под наблюдением специалиста. В этой категории долго доминировали уже упомянутые бензодиазепины, а затем появился класс небензодиазепиновых агонистов бензодиазепиновых рецепторов, в англоязычной литературе их часто обозначают термином Z-препараты (золпидем, зопиклон, эсзопиклон), которые усиливают тормозное действие ГАМК в мозге, быстро усыпляют и помогают поддерживать сон. 

По информации базы данных «Аудит розничных продаж ЛП в России (total sell out)» аналитической компании RNC Pharma в 2025 г. аптеки продали 18,4 млн упак. снотворных препаратов на сумму 9,1 млрд руб. (в розничных ценах, включая НДС). Динамика по категории относительно 2024 г. зафиксирована на уровне 16,3% в упак., а рублёвый показатель прироста достигает 31%. Примечательно, что двузначные показатели денежной динамики фиксируются три года подряд. 

Основу категории сейчас составляют препараты мелатонина, на них приходится 54% натурального и 67% денежного объёма продаж в категории. Они же обеспечивают основную динамику (+21,7% в упак. и 34,7% в руб.). Максимальные объёмы обеспечивает Глицин + Мелатонин компании «Эвалар», так же из числа брендированных препаратов можно отметить Мелаксен компании «Юнифарм» и Велсон от российской «Петровакс Фарм». Вторая по значимости – группа препаратов доксиламина, они формируют 38% натурального объёма продаж снотворных препаратов и 31% в денежном выражении. Здесь абсолютным лидером выступает Донормил от «Упса» так же можно выделить Реслип от российской «Биннофарм». 

Одним из самых современных классов снотворных препаратов являются антагонисты орексиновых рецепторов (DORA). Эти препараты блокируют орексин — пептид, который поддерживает бодрствование, и не затрагивают ГАМК-систему. Благодаря этому сон получается гораздо ближе к естественным ритмам, снижается риск зависимости и толерантности, а также уменьшается вероятность серьезных побочных эффектов. Первый представитель этого класса препаратов суворексант (Белсомра от компании «МСД») был одобрен для лечения бессонницы в 2014 г. и уже в 2016 г. получил РУ на территории России. Однако, с продажами у компании дела не задались, единственная поставка состоялась в 2019 г., но уже спустя 2 года РУ по заявлению компании было отозвано. Позже на мировом рынке появились и другие представители данного класса препаратов, в частности: лемборексант и даридорексант, но в нашей стране они пока не представлены.