Очень сложно найти человека, который никогда не испытывал изжоги. Это малоприятное ощущение периодически напоминает о себе практически каждому жителю нашей планеты независимо от пола, возраста и происхождения. Хотя изжога чаще всего относительно безобидна, в некоторых случаях она может превратиться в хроническое заболевание — гастроэзофагеальную рефлюксную болезнь. Но даже если она представляет собой лишь редкий эпизод, это всё равно крайне неприятное ощущение, от которого хочется избавиться как можно скорее. И здесь нам на помощь приходят антациды — препараты, которые сейчас есть практически в каждой домашней аптечке и история применения которых насчитывает не одну тысячу лет.

Рассказываем историю антацидов и разбираемся, как с этим связаны болезни сердца, алхимия и один крайне сомнительный медицинский эксперимент длиною почти в целую жизнь, который тем не менее позволил науке разобраться в вопросах пищеварения. 

Огонь внутри 

«Одышка, изжога, вечно чего-то боюсь, желудок не варит… одним словом, не жизнь, а грусть одна!»
Один из многих, А.П. Чехов

Изжога — это процесс, при котором содержимое желудка (в первую очередь соляная кислота и пепсин) забрасывается в пищевод, вызывая раздражение и воспаление слизистой оболочки, не приспособленной к агрессивной кислой среде. Именно результат химического раздражения стенок пищевода и ощущается как жгучая боль за грудиной или в подложечной области, которая может варьировать от лёгкого дискомфорта до мучительного жжения.

Это состояние было хорошо известно человеку с древних времён, вероятно ещё самые первые «врачи» пытались найти объяснение данного явления. А вот античные медики, в том числе частый гость наших обзоров Гиппократ, объясняли её через главную медицинскую идею своего времени — то есть теорию флюидов (жидкостей). И в этом случае они были недалеки от правды, ведь изжога действительно связана с перемещением биологических жидкостей внутри человеческого организма.

В современном английском языке изжога называется термином heartburn, что можно перевести как «сердечное жжение». Это может показаться странным, учитывая, что явление не имеет никакого отношения к сердцу, но за этим кроется история очень древнего заблуждения. Дело в том, что для описания изжоги знаменитый древнеримский врач Гален использовал термин кардиалгия. Это вовсе не значит, что мэтр медицины не мог отличить боль в сердце от боли в пищеводе, просто под латинским термином кардиа тогда понималось не только сердце, но и верхняя часть желудка. При переводе на некоторые европейские языки была использована прямая калька с латыни.

Настоящее понимание механизма возникновения изжоги появилось только с развитием физиологии и инструментальных методов диагностики. В 1822 году американский хирург Уильям Бомонт изучал своего необычного пациента Алексиса Бидагана по прозвищу Сен-Мартен. Сен-Мартен был примечателен тем, что в результате случайного выстрела в упор у него образовался незаживающий желудочный свищ, что позволило в деталях изучить поведение желудочного сока, в т.ч. его кислотность. Бомонт получил уникальный объект для наблюдений, это позволило ему сделать целый ряд важнейших для науки открытий, но сам формат отношений между ними был крайне сложным, временами он буквально преследовал своего «пациента». Сен-Мартен несколько раз убегал от врача, в это время он женился и у него появилось пятеро детей, вообще несмотря на тяжелейшее ранение он прожил довольно долгую жизнь и умер в возрасте 78 лет. 

Источник: Alchetron

Проблему воспроизводимости опытов Бомонта решил русский хирург Василий Басов, в 1842 году он создал искусственные фистулы у собак, это позволило обеспечить колоссальный объём исследований процессов пищеварения. Позже по методике Басова подобные операции (гастростомии) стали проводить на людях, чтобы обеспечить кормление пациентов, пищевод которых перекрыт опухолью.

Однако ключевой прорыв в изучении механизма возникновения изжоги случился в конце XIX века, когда немецкий физиолог и основоположник гастроскопии Адольф Кусмауль и другие исследователи доказали, что между пищеводом и желудком существует мышечный клапан — нижний пищеводный сфинктер. Его ослабление и последующий заброс кислоты были окончательно признаны причиной изжоги в 1930-х годах. Эти знания позволили подойти к созданию средств не только с эмпирической, но и с теоретической точки зрения.

Пожарные для желудка

Первые известные средства для борьбы с изжогой появились ещё в античности. Например, Аретей из Каппадокии советовал использовать молоко. Однако свой вклад тут сделали не только врачи. Например, один из первых рецептов антацидных препаратов оставил знаменитый римский писатель и историк Плиний Старший, он предлагал принимать порошок из перетертых кораллов. Сегодня мы знаем, что они содержат карбонат кальция, обладающий способностью нейтрализовать избыток соляной кислоты в желудке, то есть обладает антацидным действием. Именно поэтому можно уверенно говорить о том, что история класса антацидов началась почти две тысячи лет назад.

После кораллового порошка развитие антацидов застопорилось на долгие годы. Средневековые врачи использовали толченый мел, яичную скорлупу и даже препараты на основе висмута. Однако к концу средних веков появилось ещё одно важное средство — оксид и карбонат магния. Белая магнезия или magnesia alba, как её называли алхимики, была важным веществом для различных опытов, а также активно использовалась в качестве лекарственного средства в качестве присыпки, мягкого слабительного, успокоительного и средства для борьбы с изжогой. Собственно, и сейчас карбонат магния один из основных компонентов целого ряда антацидных препаратов.

О здоровье своем не извольте беспокоиться: начнется изжога — магнезии кусочек скушайте, и пройдет, а нам туда прикажите теперь прислать бульонцу да кусочек мяса, — Лесков Н. С., Некуда, 1864

В середине XIX века появляется одно из первых широко распространенных «народных» средств — а именно пищевая сода. Промышленное производство гидрокарбоната натрия появилось еще раньше, в конце XVIII века, но массовым продуктом она стала именно тогда. Учитывая невысокую стоимость и доступность, сода быстро стала главным домашним антацидным средством на многие годы вперёд.

Принцип действия соды хорошо известен каждому, кто хоть раз наблюдал, как бабушка или мама делает выпечку, — в щепотку соды добавляется немного уксуса, что вызывает достаточно бурную реакцию с выделением углекислого газа. В желудке происходит примерно то же самое, именно поэтому сегодня соду крайне не рекомендуется применять при изжоге, так как образование углекислого газа может растягивать желудок, вызывать отрыжку и даже спровоцировать повторный выброс кислоты.

В 1880 году появляется один из первых патентованных антацидов — Чарльз Генри Филлипс представляет на американском рынке Milk of Magnesia (Молоко магнезии) — средство, в основе которого лежал гидроксид магния, нейтрализующий кислоту в желудке. Более известным оно стало за счёт другого своего свойства — сильнейшего слабительного эффекта. В США этот продукт до сих пор пользуется популярностью, а вот в России и большинстве стран Европы он распространения не получил.

Хотя молоко магнезии было эффективным и «мягким» антацидным средством, его побочные эффекты были не слишком приятными, особенно если у человека не было других проблем с ЖКТ, кроме изжоги. Неизбирательный принцип действия гидроксида магния не позволял ему стать по-настоящему массовым препаратом.

В начале двадцатых годов XX века на рынке появляются средства на основе гидроксида алюминия. В отличие от препаратов, которые использовались ранее, это вещество не только нейтрализовывало кислоту, но и создавало защитную плёнку на слизистой. Впрочем, с ним была одна небольшая проблема, причём прямо противоположная побочному действию магнезии: а именно сильный запор, который возникал при приёме. Поэтому вещество на время отложили на полку.

В 1928 году фармацевт из Сент-Луиса Джеймс Хау занимался тем, что пытался помочь своей жене, страдающей от несварения желудка, которое проявлялось в том числе сильной изжогой. Для основы своего нового средства он решил использовать карбонат кальция — того самого, который рекомендовал ещё Плиний Старший. Его антацидные свойства уже были известны, по сути Хау просто предложил придать  ему удобную для приёма форму в виде жевательных таблеток, и вскоре на рынок вышел первый «полноценный» антацид под брендом Tums. Продукт стал крайне популярным, в том числе благодаря фруктовым вкусам и ароматизаторам, вообще он больше напоминает разноцветные конфеты, чем лекарство.

Источник: Smithsonian Museum

В России этот бренд официально не представлен, однако его можно найти на маркетплейсах причём по сравнительно высокой цене (от 3 тыс. руб. за упаковку из 96 пастилок). Тем не менее у него есть преданные поклонники и даже фанаты.

Хотя Tums стал крайне популярным из-за простоты применения и доступности, он помогал только при умеренной изжоге и был малоэффективен при гастроэзофагеальной рефлюксной болезни. Рынку требовалось более эффективное средство, и вскоре оно появилось в недрах небольшой американской компании William H. Rorer, Inc. Сотрудник этой компании Элисон Прайс сделал очень простое, но блестящее предположение: если магнезия оказывает слабительный эффект, а гидроксид алюминия — прямо противоположный, то почему бы не соединить их в одном средстве? Так в 1949 году появился Маалокс, открывший эпоху комбинированных антацидов и до сих пор занимающий на рынке заметную долю.

В 1964 году в Швеции появляется ещё одно поколение препаратов, основанное на другом эффекте — вязкости. Его создатель Стиг Сандмарк был не гастроэнтерологом, а радиологом. Он предложил добавить к классическим антацидам альгинат натрия, выделяемый из бурых водорослей. Это вещество создаёт физический барьер, который предотвращает раздражение слизистых и заброс желудочного содержимого в пищевод, новинка получила название Гевискон.

В 2025 г. по информации «Аудита розничных продаж ЛП в России (total sell out)» аналитической компании RNC Pharma в нашей стране было продано 28,9 млн упак. различных антацидных препаратов на сумму без малого 14 млрд руб. (в розничных ценах, включая НДС). Данная категория очень уверенно растёт на протяжении последних трёх лет, так относительно 2024 г. показатель прироста в упаковках составил 5,3%, а рублёвая динамика была зафиксирована на уровне 14,4%. В настоящее время на рынке присутствует продукция более двух десятков производителей, абсолютный лидер тут израильская «Тева» с торговыми марками Алмагель и Гастал, суммарная доля компании 31,6%. Вторая строчка с долей 30,6% у «Санофи» (Фосфалюгель, Маалокс), а замыкает тройку «Реккит Бенкизер» с препаратом Гевискон, на который приходится 13% рынка. 

Примечательно, что несмотря на элементарный состав абсолютно всех антацидных препаратов в этой категории на протяжении многих лет фактически не было попыток импортозамещения, активную работу отечественные производители развернули только в 2022-2023 гг., но кардинально подвинуть своих иностранных коллег до сих пор не удаётся. Сейчас российские фармкомпании довольствуются сравнительно скромной долей на уровне 7% по итогам 2025 г., впрочем, в 2022 г. она вообще составляла всего 1,8%. Крупнейшим интересантом в группе сейчас является «АВВА Фармасьютикал» с брендами Мальвацид и Малгидрат, доля компании составляет 2,3%, так же можно упомянуть «Обновление» с торговой маркой Гасит, продукт занимает 1,4% рынка. 

В семидесятые годы XX века произошло ещё несколько важных открытий, перевернувших гастроэнтерологию и открывших новые возможности в медицине. На рынке появился принципиально новый класс антисекреторных препаратов: Н2-гистаминовые блокаторы и ингибиторы протонного насоса. Какое-то время считалось, что эра антацидов уходит, однако по ряду причин этого не произошло. Но к истории этого класса препаратов мы ещё вернёмся отдельно.